Глава 8. Алчные поросятки  

Глава 8. Алчные поросятки

Мммммм…. Жадность. Сладкая, всему потакающая, сливочная жадность: еще, еще и еще мне, Мне, МНЕ. Она так же приятна, как проездной билет в кармане и так же запутана, как финансовая пирамида. Она подвигала мужчин и женщин на ужасные эгоистичные злодеяния, вроде давки в торговой галерее ради того, чтобы урвать Кэббидж Пэтч Кидс или Бини Бэйбис (серии кукол и мягких игрушек – ред.), либо новейшую игровую приставку. Короче говоря, рано или поздно она может свести вас с ума. К сожалению, это совсем не Рождество: посещает вас чаще, чем раз в год, да и кто будет зажимать носки, кроме Уэмбли из “Скалы Фрэгглов” (детский кукольный телесериал и один из главных персонажей – ред.), которого не берем в расчет, потому что он - марионетка, а, значит, не настоящий. Или это мог бы быть Гобо (главный персонаж “Скалы Фрэгглов” – ред.); иногда все мои куклы путаются у меня в голове.

Жадность есть потребность заполучить и владеть каждым игрушечным солдатиком на планете. Жадность, как шило в заднице, заставляет вас добавлять нули к сумме в денежном чеке. Жадность это бесконечный поиск совершенства собственного “я”, которое, к сожалению, часто недосягаемо. Она сидит внутри всех нас, и от нее не спастись. Это богатство, барахло, земля, шик и все прочее, от чего голова идет кругом время от времени. На сегодняшний день существует очень серьезная проблема с жадностью, но мы поговорим об этом позже. Давайте вскроем предпосылки и все выясним, прежде чем пойдем дальше.

Жадность – очень специфический грех в нашем списке, потому что во многом без нее невозможно существование других грехов. Подумайте о зависти, которая не что иное, как сильное желание завладеть чужим дерьмом. Ненасытность – страсть к конкретной вещи, будь это еда или еще что-то. Похоть это всепожирающая тяга к сексу днем и ночью; даже тщеславие это кровожадный инстинкт, требующий нереальной красоты, известной человечеству и Тэду Коппелу (американский радиожурналист британского происхождения – ред.). Помимо всех прочих, жадность стоит особняком, это ощущение само в себе. Но без нее другие грехи не смогли бы оторваться от взлетной полосы.

Может быть, по этой причине жадность возглавляет многочисленные списки смертных грехов. Она дышит мощью и понятна лишь посвященным. В отличие от ярости это не эмоция в чистом виде; она не дает физического наслаждения, как похоть. Ее не распознать с такой же легкостью, как лень и тщеславие. Но если жадность не держать в узде, то она может согнуть само Древо Человеческое в бараний рог похуже, чем всемирный потоп.

Ну и жадный же я говнюк, раз говорю такое.

Я хочу все, и даже не испытываю колебаний, чтобы признать или постичь этот факт. Я хочу больше денег, чем сам Господь Бог. Я хочу знать о всякой мелочи, которая взбредет на ум. Я хочу быть режиссером и звездой в большом кино. Я хочу быть самым продаваемым музыкантом всех времен. Я хочу владеть огороженной землей, ночными клубами и подобным крутым дерьмом. Хочу, чтобы меня боялись и уважали за мощь и великолепие. Черт, даже тот факт, что я пишу эту книгу, говорит о моей жадности; конечно же, у меня была мечта c детства, но я достаточно жаден, чтобы жаждать успеха в этом деле. Итак, все сводится к праздному пустословию, так как то, что для одного жадность, для другого – стремление, а я еще никогда не видел последнего в списке грехов.



Я понимаю, что происходит, когда вас загоняют в землю за такую проницательность. Но я также знаю, что у жадности есть обратная сторона. Она может толкать людей на самые лучшие в их жизни поступки, и они, в конечном итоге, добиваются успеха и славы за изобретательность и новаторство. Она может вызвать революцию; она может вылечить рак. Жадность заставляет нас кричать о прогрессе и сломя голову мчаться к свету. Она может открыть шлюз, чтобы мы каждый по-своему преуспели в нашем сумасшедшем, идиотском мире Джетсонов (“Джетсоны” - научно-фантастический мультипликационный сериал – ред.).

И все это, потому что кто-то хочет денег, которые приносят патенты на открытия.

Ничего плохо в этом нет, друзья, совсем ничего. По этой причине мы, люди, поднимаем наши задницы и отрываемся от “Доктора Хауса” (популярный медицинский телесериал – ред.), серии которого бесконечны и могут залечить весь мир. И я хочу сказать вам, что дело не всегда в милосердии и доброй воле. Иногда единственным мотивом показаться на церемонии награждения является желание заполучить гребаный мешок со сладостями, понимаете метафору? Надо признать, некоторые вкалывают без отдыха, чтобы изменить этот мир и просто порадоваться свету, который прорезает тьму, сгустившуюся у нашего порога. Но где-то глубоко в душе, они хотят чего-то. Я заявляю, что злая энергия под названием Желание все время пришпоривает многих из нас.

Желание – наш собственный голос, который заманивает душу в бездонную яму и всегда получает в распоряжение все наше свободное время. Оно подпитывает стремления, которые мы пытаемся держать в узде, и поддерживает образ мышления, который немыслим без позывов сердца. Оно живет в коре головного мозга, и тихо ждет, когда представится возможность выскочить наружу и продать свое жилище по дешевке.

МНЕ, Мне… еще больше, больше, больше.

Но почему это грех? Почему смертный грех? Я так не считаю. По правде, чем больше я думаю об этом, тем больше я уверен, что именно этот грех помогает разобраться во всем. Мы все жадные, в той или иной степени. Мы не подписываемся под новохристианскими доктринами, которые похожи друг на друга как две капли воды, и, все же, чувствуем всю тяжесть этого общечеловеческого качества. Раз жадность это всего лишь людская черта, то, быть человеком это грех, ведь такова логика праведных. Не побоюсь, если они выскажут эту чушь мне в лицо.

У меня есть аргумент против дурацкой точки зрения, что “жадность это грех”. Вам когда-нибудь хватало одной конфетки M&M? Ну? Или одного клочка туалетной бумаги? Вы когда-нибудь ограничивали себя одним пакетиком кетчупа? Вам приходилось спать больше восьми часов за ночь, которые предписаны вам правительством? Ну вот, вы не только обжоры и лентяи (как я предполагаю), вы еще и жадины.

От имени всех моих друзей, любителей M&M, я бы хотел, чтобы каждый, кто думает так, пошел в задницу. Жадность – просто генетическая потребность к собирательству, и это было нормой с того времени, как мы залезли в чертовы пещеры. “Нам нужна трава в качестве подстилки, и она должна быть не жестче моха на стенах”. Мы охотники и собиратели, и если кто-то не притащит тушу большого бронтозавра, ему придется забить соседа до смерти и забрать его добычу.

Впрочем, предоставим религии право считать жадность грехом. Я знаю, откуда это пошло. В свои лучшие дни (то есть, в средневековье) церковь была не только средоточием духовной благодати и величия, но и источником образования. Учебные заведения учреждались духовенством, и, что более важно, для самого духовенства. Чтобы записаться в студенты, нужно было стать священником. Главная торговля велась на расстоянии вытянутой руки от церковного порога, и, как правило, святые отцы получали небольшое вознаграждение, если кому-то надо было помочь. Итак, представьте их тревогу, если появлялся какой-нибудь богач, да еще самый продвинутый среди умников. Что и требовалось доказать: “Он или она виновны в грехе жадности!”

Что за вранье! А церковь не была жадной, когда присвоила себе образование? Ближе к делу, разве религии не погрязли в жадности и тщеславии, когда они утверждают, что “их бог” - единственный и истинный бог, а их учения – единственно правильные учения, и они пытаются переманить себе последователей, обличив противную сторону? Это чушь собачья; любая религия, которая проповедует одностороннюю доктрину, - вовсе не религия, а гребаный способ управлять и ненавидеть. Я говорю о христианстве, исламе и любом другом образе жизни, который пытается контролировать саму жизнь. Фанатики со всего мира пользуются верой, чтобы выиграть на соревнованиях по продаже святых печений, ибо у кого больше последователей, тот в выигрыше. Они сваливают в одну кучу священное писание и теорию заговора, чтобы заполучить мандат на отлов людей, как будто те – мухи, попавшиеся на липкую ленту. Мы – актив для религии, ничего больше. Если те, кто руководят массами, делают это не ради их будущего, а потому что они одержимы жаждой выигрыша, то можно увидеть, как жадность разлагает наиболее пылких и доказывает, что нет людей без изъяна. Мы – люди: в нас полно недостатков, и говорить, что кто-то кристально чист, значит кощунствовать по отношению к человеческой натуре.

А теперь о хорошем, я люблю кино!

У меня тысяча DVD в комнате, которую я называю Хранилищем. В ней есть кондиционер, чтобы поддерживать приемлемую температуру, ведь мои комиксы тоже хранятся здесь. Фильмы разложены по алфавиту, затем идут названия, которые начинаются с цифр. В комнате несколько полок, которые расположены по ее окружности. Сейчас она заперта на ключ, потому что мои знакомые берут у меня фильмы и никогда не возвращают их обратно. Эй, урод, у меня тут не блокбастер! Я поломаю тебе руки и ноги, твою мать. Верни мне мою копию “Я плюю на ваши могилы”, Майк!

У меня так много фильмов, что некоторые еще не распечатаны. Так много, что я забываю, что у меня есть, и покупаю то же самое вновь, а затем выбрасываю старье. Иногда я собираю по нескольку копий, потому есть разные версии одного и того же фильма. У меня около двенадцати различных вариантов “Бешеных псов”: обычный, всевозможные цветные юбилейные редакции, особое издание в упаковке-канистре, выпущенное на 15-летнюю годовщину фильма, а также blu-ray диск. Если во мне и есть что-то, то это страсть к коллекционированию и энтузиазм. Но у меня возникает вопрос: что отличает жадину от коллекционера? Где граница между любительщиной и фанатизмом? Разве я жаден, если мои фильмы разложены по алфавиту?

Каждого из нас можно упрекнуть в жадности. Вспомните те моменты, когда вам была нужна мелочь, чтобы расплатиться в киоске, вы все равно брали монеты, которые кто-то оставил на прилавке, несмотря на то, что они валялись в кармане ваших потертых джинсов. Вспомните, как вы хватали пригоршню конфет с презентационного стенда Brach's, слоняясь по бакалейному магазину. Вы, ребята, конечно же, помните конфетки Brach's? Нет? А сериал “Скала Фрэгглов”? Проклятие, я старею.

Можете называть это воровством, но, я думаю, это жадность. Вам не нужны были эти монеты или тот пивной бочонок из сахарного тростника, но вы все равно их взяли. Никому не должно достаться то, что есть у вас. Очень плохо с вашей стороны. А, может, напротив, вы поступаете как люди. Мы претендуем не только на свою долю, но и на излишки в кассе. Почему бы не слопать всю картошку, если ваша жена тоже заказала ее. Весь род человеческий отчаянно пытается получить большее за свои деньги и заключить самую выгодную духовную сделку, так сказать. Это жадность? Не обязательно. Не надо быть жадным, чтобы встать в очередь на получение скидки. Но мерило желаемого и необходимого кроется в самом понимании потребности. Дайте человеку стакан воды, и он выпьет его без всяких вопросов. Принесите рюмку виски, и он захочет разобраться, скотч это или бурбон. По мне, лучше хлебная водка, но это всего лишь мое мнение.

Многие скажут, что эта книга лишь словесный способ выйти сухим из воды, но моя точка зрения намного проще. Мы тащим столько гребаного багажа в своей жизни, и последнее, что нам нужно, это дерьмо от людей, которых мы не знаем. Это как смотреть продолжение к любимому фильму – вы уже знаете, что случилось ранее. Предысторию не нужно рассказывать. Поэтому, если мы все знаем, что мы люди и склонны делать ошибки, зачем запихивать это нам в глотку? Вы хотите, чтобы мы подавились моралью или выплюнули негодование вам в глаза? Мы знаем, что мы порочны. Мы учимся на недостатках. Наши пороки делают нас особенными. Мы - грязный снег истории. Но сказать, что мы сгорим в вашей преисподней ради того, чтобы родиться, а тем более жить, это значит совершить величайшее лицемерие, лишь бы не умирал миф. Ублюдки будут вечно сбивать вас с пути истинного, чтобы показать себя, им страшно от мысли, что придет кто-нибудь и покажет им на их дерьмо. Но время наступило; этот кто-то – это я.

Реальность имеет дурную славу по-своему интерпретировать статус-кво. Существует общее непонимание среди верующих и сектантов на предмет проклятия, якобы оно заключается в заигрывании со злом в его самой темной форме. Однако они и близко не стоят к правде. Демоны, которых мы знаем, не приходят в средневековой или фантастической личине – ни красных одеяний или трезубцев, ни огня и серы. Они выглядят как мы с вами. Дьявол, которого нужно остерегаться, смахивает на вашего соседа, говорит как продавец, и так же близок, как ваш лучший друг. И помоги вам Господь, если все трое оказались рядом с вами.

Вот вам дешевая сказочка. Примерно десять лет назад мне был преподан очень ценный урок на тему жадности. Я только что получил внушительный чек, или, как мне больше нравится называть это, “полновесную монету”, потому что никогда не знаешь, когда она упадет тебе в руки. Не важно, я получил этот чек и думал, что моя жизнь освящена крестным знамением и свободна от зла. Я за всю свою жизнь не зарабатывал столько денег; на самом деле, если собрать все деньги, которые я срубил до того момента, полученная сумма все равно будет меньше той, в чеке. Я не хвастаюсь; если бы я хвастался, я бы сказал вам сумму. Там были не миллионы или что-то подобное. Я раскладываю повествование в перспективе, чтобы вы поняли, что случится дальше. Люди говорят, деньгами счастья не купишь. Зато они не говорят вам, что сходят с ума, когда теряют деньги.

Как бы там ни было, но я попался на той же банальной ошибке, о которой все время читал. После того как я просадил прилично денег, я решил, что пора “подстраховаться” и вложиться в дело, которое я либо начну сам, либо найду что-то на стороне. Первая компания, в которую я вложил деньги, была фирма по производству футболок, которую я планировал запустить вместе с одним парнем, назовем его Джимми. Мы с ним давно поговаривали замутить что-нибудь вместе, и, казалось, сейчас, когда я располагал капиталом, было самое время начать. Мы решили попробовать с простых черно-белых маек с заумными надписями, которые приходили нам в голову. Это было понятно каждому дураку – не требовалось никакого художественного оформления, и никто не просил с нас денег. Так что, я отправил Джимми солидный куш с целью начать дело. Знаю, о чем вы думаете, и соглашаюсь. Действительно, это была моя первая ошибка. Знаете, что сделал Джимми? Кое-что он потратил на то, чтобы напечатать немного футболок, которые тогда валялись по коробкам, а остальное он списал на издержки бизнеса, то есть, на бензин, еду и сигареты, поскольку на тот момент у него не было работы. Промаявшись с Джимми несколько месяцев, я окончательно порвал с ним и списал деньги в убыток. Ведь я не собирался повторять одну ошибку дважды, верно?

Итак, второй ошибкой, которую я допустил, был тату-магазин, который я запустил в сотрудничестве с моим дружком, пусть его имя будет Луи. Он был действительно хорошим тату-мастером, и у него уже был один магазин с кем-то еще. Он жаждал открыть свой собственный, а я хотел отбить немного денег, будучи чем-то вроде активно-молчаливого напарника. Мы набросали план. Нашли местечко, где была не сильная конкуренция по нашей части, и решили предлагать не только татуировки, но также пирсинг, футболки и ювелирку. Я заплатил ему вперед прилично мелочи и, пока все закручивалось, прикупил до кучи дополнительное время на одной из местных радиостанций. Это был лишь вопрос времени, пока я не обнаружил ничтожную отдачу от моих инвестиций. Надо любить несгибаемость молодости.

Затея с магазином, как вы понимаете, была полным провалом. Луи тотчас организовал точку за пределами Де-Мойна в местечке, которое страдало хронической болезнью ханжества, присущей маленьким городишкам. К тому же, он нанял двух худших художников в округе себе в помощь. Они впаривали дерьмовые чернила по высоким ценам. Я попытался докупить больше времени на радио, чтобы поднять бизнес, но все было бесполезно. Магазин полетел под откос. Луи откололся и затеял другой салон с другим лохом. Я же съел еще одну пригоршню дерьма в попытке отбить деньги, которые потерял. И, тем не менее, все было хорошо. Я же не собирался наступить на те же грабли в третий раз, так?

Третья ошибка, которую я допустил, была самой ужасной. Я вовлек в это очень близких мне людей, и мое сердце разрывается, когда я думаю об этом. Из уважения к ним я сохраню их имена в полной анонимности. Хотя, это ничего не меняет. Заем был существенным. Потери были невероятными. Я по сути ничего не добился. С тех пор я изменился. Все закончилось финансовыми проблемами, и в течение нескольких лет я разбирался с налоговыми долгами, которые свалились на меня как снег летом. Жадность обвела меня вокруг пальца, я стал думать, что в вопросе денег я умнее, чем есть на самом деле. Лучше бы я просто сидел на этих деньгах, и сейчас дела у меня шли бы гораздо лучше. Вместо этого в меня словно вселился сумасшедший бес стяжательства, который пытался утроить каждый цент у меня в кармане. Если эти испытания и научили меня чему-то, то это следующее: вследствие жадности вы упускаете из виду самое важное дерьмо в этом мире… а мне просто надо было окунуться с головой в пение.

Слава Богу, я пришел в себя после моих безрассудств. Я не вернул и десяти центов, но могу сказать, что карма – это кусачая бешеная собака. Джимми сейчас на мели, у него сгнили все зубы. Луи потерял все, даже свою жену, и был вынужден свалить из города. Другие… скажем, что они пребывают в аду, мимо которого я не хотел бы даже пронестись на машине. В конце концов, опыт и знания, которые я извлек из всего этого, были удивительными. Сегодня я поступаю хитрее со своими деньгами и доверяю профессионалам управлять ими за умеренную плату. Я больше не затеваю бизнес и не вкладываюсь в проекты: я покупаю недвижимость. Рынок жилья может лихорадить, но в определенный момент каждому человеку нужен дом. Я откладываю на обучение детей и коплю на жилую яхту. Вот так, куда бы меня ни несло, я и живу. Путь был тернист, но я пришел к этому. Я мудрее, чем был когда-либо. Я не гений – я все еще забываю опустить крышку унитаза, и моя жена терпеть этого не может. Но я приближаюсь к цели. Так что после всего, что я вынес и уразумел в результате тех событий, я могу с уверенностью сказать, что, если бы не жадность, не стал бы я сегодня тем, кто потрясает этими блестящими ключами. Если я извлек столько пользы благодаря жадности, то как она может быть грехом?

Люди получают не совсем то, что хотят. Они начинают чувствовать себя, как Питер Лорре (австрийский и американский актер театра и кино – ред.) в фильме “М”. Они полагают, что вещи должны сами сваливаться на них и это дзен-буддистский путь в южно-калифорнийском варианте. Если так происходит, они принимают их. Если нет – то и Бог с ними. О, хорошо, Будда, позволь спросить у тебя вот что: куртка кропотливой ручной работы за 3000 долларов снится тебе? Все твои дурацкие цветные камушки и сверкающие на солнце кристаллы оказались у твоего двери благодаря Толстозадому Аисту? Черт тебя дери, ты пошел и купил их, как любой набожный олух. Ты предпочел разорвать ногтями мешки с мусором, чтобы найти то, что нужно, потому что твои друзья-мескалинщики наверняка смотрят и обсуждают, не свалил ли ты в одну кучу летние и зимние драгоценности. Не принимайте это дерьмо за второй сет игры в крикет. Жаль, что иногда люди не признаются себе в собственных гребаных чувствах. Печально, что это против правил нашей настольной игры.

Жадность обычно крутится где-то рядом с такими явлениями как филантропия. Знаменитости постоянно соревнуются, чтобы показаться более щедрыми. Если Анджелина Джоли отваливает один миллион долларов на Африку, то Мадонна должна пожертвовать два на исследование проблемы СПИДа. Если Стинг отдает три миллиона на борьбу с раком, почему же Опре Уинфри (популярная телеведущая – ред.) не накормить бездомных на четыре миллиона. Не позволяйте этим людям дурить вас: в итоге это все игра. Если бы это была истинная благотворительность, вы бы даже не узнали об их пожертвованиях. Весь смысл в том, чтобы вы заметили и поняли намек: они суперзвезды, но у них золотые сердца. Впрочем, дурака так легко отделить от его золота. Уверен, лишь малая часть заботится о реальных мотивах, зато остальным нескольким сотням не стоит хвастаться теми деньгами, ради которых они молятся Аллаху. Жадность может свести вас с ума, но, что еще хуже, люди смотрят мимо вас, когда вы пытаетесь не выглядеть жадными.

Этот мигающий курсор дразнит меня, потому что сейчас 4:37 утра и мне не спится. У меня тяжелые веки и разбитое тело, но мой мозг отказывается отключаться. Видите ли, мне потребовалось не так много времени, чтобы написать эту книгу. Все началось с одной главы, которую я напечатал в сумасшедшем темпе, мои ногти просто горели. Затем я закончил еще одну, затем еще и еще. Внезапно я почти достиг конца. Мой разум проникся уверенностью. Он жаждал больше слов, синтаксиса, изощренной пунктуации. В моих ушах раздавался шепот – что, понятное дело, невозможно, поскольку он жил между тех самых ушей, но, тем не менее, я слышал отчетливо – “Еще, еще и еще мне, Мне, МНЕ!!!” Я не могу не говорить об этом кусочке увлекательной прозы. И вот, мой мозг требует дальнейшего развития, а я сижу в ночной темноте, бросая предложения миру через мое красное окошко. Надеюсь, скоро мои слова лягут на куски очищенной целлюлозы, так что вы тоже сможете узнать, что происходит, когда бессонница и творческий зуд превращают ваше серое вещество в безликий голос у вас в голове. Опережу ваш вопрос – нет, я не шизофреник. Я просто безумен и не могу спать. Заснешь тут в таком шуме. Клянусь, эти ребята говорят моими голосами. Моя жадность обнаруживает себя в обличиях невидимых Керуака (Джек Керуак - американский писатель, поэт, важнейший представитель литературы “бит-поколения” - ред.) и Томпсона (Хантер Стоктон Томпсон - американский писатель и журналист – ред.), которые переступили мой порог, словно полиция в поисках ДНК в моем мусоре. Здесь, в Теннеси немного жутковато этим утром, друзья.

Пришло на память: Гордон Гекко – одно из самых крутых имен в кинематографе. Он стоит на одном уровне с Индианой Джонс и Дартом Вэйдером. Гордон Гекко – персонаж из фильма 1987 года “Уолл-стрит” и его продолжения 2010 года “Уолл-стрит: деньги не спят”, сыгранный Майклом Дугласом. Если Эбенезер Скрудж (скряга, воплощение жадности, персонаж Чарльза Диккенса – ред.) – отец жадности, то Гордон Гекко – его незаконнорожденный сын. Его философия очень проста: “Жадность есть благо”. В этой киношке он представлен настоящим сукиным сыном, однако, на первый взгляд, его теория здрава. Жадность может быть безвредной, если разум сдерживает ее. Благодаря ней ваша мечта может сбыться, и вы осознаете, что жизнь – это не только муки и воздержание. Но, как и в случае с вредными привычками, в дальнем конце этого грязного водоема вам грозит кораблекрушение, так хорошо знакомое многим в этой стране. Посмотрите на Берни Мейдоффа (бизнесмен, бывший председатель совета директоров фондовой биржи NASDAQ – ред.). Уверен, что у этого выродка, матерью которого была безродная шлюха, есть бабки в заначке, да в таких местах, что мы и не подозреваем. На этого парня возводили столько обвинений, что мне весьма сложно припомнить хотя бы одно, чтобы вкратце все резюмировать. Но я, все-таки, вспомнил. Все очень просто: тому, кто крадет у Кевина Бэйкона (актер Голливуда, который потерял значительные вложения в денежной пирамиде Мейдоффа – ред.), придется сломать ноги в коленных суставах. Я бы хотел это видеть, чтобы снять на фото. И еще, чтобы иметь шанс проломить ему голову ломом.

Это крайняя мера, я знаю, но взгляните на всю неразбериху, которая творится на мировом рынке последние четыре года. Все началось с чересчур либеральных законов, которые были приняты неспроста, черт их дери. По сравнению с ними скандалы с ипотечным кредитованием 80-х выглядят как обычная потеря кошелька. Вот это бесконтрольная жадность, и им наплевать. Дьявол, некоторые гребаные топ-менеджеры по-прежнему пытаются поднять себе зарплату. Президент хочет что-то сделать, и Конгресс поддержал бы его, если бы не тот факт, что конгрессмены повязаны в той же системе. Жадность – не грех бедняка, а его бремя. Если бы эти подхалимы оторвались ненадолго от своих банковских выписок, чтобы разок посмотреть в зеркало, они бы заметили, что превращаются в чудовищ. Люди теряют работу, вклады, сбережения, и это значит, что они теряют свое жилье и жизнь. Эти богатые белокожие уроды осознают, что, изнасиловав Американскую мечту, они оставили нас наедине с вселенским кошмаром?

Жадность не всегда является в виде дружелюбного привидения. Но логика подсказывает, что она подпитывает амбициозность. Поймите правильно: у меня нет претензий к богатству. Меня беспокоит моральное разложение. Много людей более или менее честно преуспели в жизни, и я аплодирую им. Дело не в моем отношении к капитализму. Меня тревожит маниакальный эгоистичный материализм. Эти ростовщики в белых воротничках убивают здоровые деловые инстинкты и подменяют их теневыми махинациями на фондовых рынках с их нелегальными откатами, а мы остаемся наедине с кризисом веры и отсутствием этических ценностей. И вот еще что, я все никак не мог понять, почему почти все из них республиканцы. Потом до меня дошло: республиканцам плевать на страну. Их заботят только личные интересы. Впрочем, демократы не лучше. В противном случае они встали бы на пути у республиканских мошенников и послали бы их к черту. Вместо этого они несут вздор и сдают позиции, как когда-то Чемберлен (премьер-министр Великобритании в 1937-1940 гг. – ред.) пытался отделаться от Гитлера, подрочив ему в Версале. Единственная реальная причина, почему люди симпатизируют правым, в том, что эта партия источает силу и уверенность. Время от времени демократам представляется счастливый случай выдвинуть кандидата, который или которая достойно выдерживают натиск слонов, но мы с самого детства считали их преимущественно женской партией. Поэтому кажущееся подобие силы отодвигает на задний план чистую жадность и недостаток совести. Двухпартийная система работает, но только для людей, которые в нее верят. Там хватает жадности: двухпартийная система не позволяет никому выйти из строя и сделать лучшее для своей страны, а если кто-то не слушается, как, например, партия Зеленых или либертарианцы, их выставляют уродами или неудачниками большие соперники. Ну, кто-нибудь скажет, что не знает, что такое жадность?

Я знаю одну вещь: чем больше люди пытаются подавить в себе естественные чувства, тем больше последние, крича, вырываются наружу, причем в более мрачном обличии. Честно, относитесь к вещам естественно, ведь это единственный путь к зрелости и здравому смыслу. Полезный опыт далеко перевешивает голос нравоучений. Вам невдомек, насколько эти поучения переплетены с личным мнением. Другими словами, остерегайтесь того, кого вы слушаете, так как вам неизвестно, говорят ли вам чистую правду или домыслы. Здравый смысл не такой уж и здравый с недавних пор. Вот такие дела: если вам по жизни не нужна жадность, и вы довольствуетесь покоем с низкими рисками, то меня это устраивает. Это же не “телефонный марафон” на тему жадности. Но если вы одержимы стремлением сделать что-то исключительное в своей жизни, то почему бы вам не действовать согласно своим желаниям? Опять же, жадность не обязательно ведет к полному саморазрушению. Она может быть причиной больших свершений и серьезных успехов. Все сводится к тому, как вы проживаете свою жизнь. Жадность – это орудие в ваших руках. Подумайте об этом на минутку. Нет, все в порядке – я подожду. По любому, мне нужно сходить отлить. Скоро вернусь. А вы не церемоньтесь, возьмите чипсы и соус. Только не слопайте все и не макайте дважды. Я обращаюсь к тебе, с усами, - не окунай свои лобковые волосы в мой тако-соус. Я серьезно! Держи свой веник между ног подальше от моей фасолевой приправы! Все получили по заслугам? Я не знаю, почему я раздаю по мордасам на вечеринке, которую вообразил у себя в голове, но лучше мнимый удар, чем вообще без него, не так ли? По крайней мере, это не маскарад или веселье со священниками и шлюхами – я ведь не конченый извращенец!

Прими свои лекарства, Тэйлор, мать твою!

А теперь поговорим очень серьезно: если хотите увидеть настоящую жадность в действии, прогуляйтесь по казино в Лас-Вегасе или, если на то пошло, по любому аэропорту или супермаркету, где есть электричество. Если жадность это охотничий нож, то азартная игра – Джон Рэмбо, который не только перерезает людям горла, но и зашивает ужасные раны, полученные в бою, с помощью иглы и нити, спрятанных в тайном отделении рукоятки ножа. Лас-Вегас, по крайней мере, по рассказам, просто дивный тематический парк, наполненный персонажами, которые были бы предметами вожделения любого фантаста. Самое смешное, что людей, которые достаточно богаты для того, чтобы играть и проигрывать, называют китами. Тех же, кто не может позволить себе проиграть деньги, называют рабами привычки. Тогда кто есть жадина, а кто - игрок? Я все время слежу за Мировой серией покера (самая престижная серия покерных турниров в мире – ред.), и, когда кто-то ставит все деньги на пару десяток, я готов отхлестать его членом по морде. Вам не по пути с жадностью, если вы пытаетесь блефовать. Вы потеете, как сексуальный маньяк, и c вашей игрой в поддавки выглядите как ребенок с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (неврологическо-поведенческое расстройство развития, начинающееся в детском возрасте. Проявляется такими симптомами, как трудности концентрации внимания, гиперактивность и плохо управляемая импульсивность - ред). Когда слишком много поставлено на кон, азарт уже не приносит удовольствия. Это жадность, простая и неприкрытая. Она одолевает вас, когда вы пытаетесь выйти в ноль или хотя бы отбить свои потери. Она делает человека с покерной фишкой одержимым.

Я побывал по обе стороны. Что касается легкой стороны игры, однажды вечером я бродил по Рио и нашел на полу 25-долларовую фишку. Я принял несколько коктейлей и почувствовал себя везунчиком, поэтому сказал себе, пошло все к черту, и протиснулся к одному из столов с блэкджеком, чтобы сыграть несколько партий. Я вышел из игры с восемьюстами баксов, при этом еще отвалил чаевых сдающему и официантке. Я был в экстазе. Я заказал выпивку друзьям и сумел надолго заныкать оставшееся, чтобы купить в ломбарде побитую акустическую гитару, с которой я сочинил и сочиняю по сей день большинство из моих песен – счастливый финал крутой истории. Никто не умер, никто не продал машину, и никому не пришлось подчистить накопления на обучение детей, так что неплохо вышло, правда?

Темная сторона моего азарта вообще не имела отношения к казино. Это произошло в 2000 миль от Лас-Вегаса, и играло только трое. Игра называлась “Посреди”, где колода карт делится надвое. На каждые две сыгранные карты вы должны поставить деньги и вытянуть следующую карту между первыми двумя. Скажем, первая карта – король, вторая – тройка. Если вы поставили, следующая карта должна быть любой от королевы до четверки. Звучит просто? Но это не так. Если вы схватите королеву, затем двойку, а третья не попадет между первыми двумя, вы отдадите все, что есть в горшочке. Неважно, будь это королева или двойка, вы платите вдвойне. В этой игре можно быстро урвать здоровенный денежный пул, но в дальнейшем игроки заплатят тяжелую цену, если потеряют голову.

Итак, здоровый азарт друзей подогревают ваши шансы выиграть дважды. Но плохой вариант, когда есть шансы все потерять, никуда не делся. Я был бы рад сказать, что не терял 30000 баксов в частной игре, однако и такое было. Даже подумать об этом тошно, но, c другой стороны, я научился понимать нечто важное о себе. Во-первых, я заплатил сразу, как появилась возможность. На тот момент у меня не было тридцати штук, но я не впутал никого в это дело. Это было правильным поступком, и я –человек честный, который понимает одну важную вещь: долг платежом красен. Легче распрощаться со своими потерями и остаться чистым, нежели попасть в замкнутый круг, вовлекая других людей для оплаты своих долгов. Не хочу, чтобы что-нибудь в этом роде висело на мне. Второе, что я понял: не стоит влезать в игру на деньги, если у вас их нет, и этим я хочу сказать, не играйте, если не можете себе этого позволить. Сейчас я ставлю только на то, что у меня в кармане или что я могу снять в ближайшем банкомате. Это гарантирует от совершения жадных ошибок и делает игру веселой. Кстати, я не говорю о вредной привычке играть. Привычка – это что-то ежедневное, бзик, который постоянно влияет на ваш ход мыслей и действий. Игромания – болезнь азарта, и я не подписываюсь под тем, чтобы скрывать факт, что у некоторых проблемы с азартными играми. Я не призываю людей проигрывать свои деньги: я призываю играть ответственно и с удовольствием.

А сейчас самое время спросить, почему я вообще отвалил такую кучу денег, если все происходило между друзьями, никто не навязывал правила и не вынуждал меня поступать таким образом. Очень просто: честь. Знаю, кому-то покажется, что это звучит глупо, но честь важна не только на деле, ее должны ожидать от вас. Если бы я был на другой стороне игры, я бы ждал, что мне заплатят. Я бы думал, что взятое на себя обязательство необходимо уважать так же, как я уважал свое, заплатив все сполна. Честь работает двояко, как и жадность. Так что, если вы сохраняете честь по жизни, жадность никогда не наложит на вас свою безобразную хватку. Все принимает дурной оборот, когда вы выбрасываете честь в бесхозную мусорную свалку, находящуюся на границе штатов, словно девушку-автостопщицу, отвергающую ваши бесконечные домогательства к сексу. Но когда вы выезжаете на магистраль и принимаете капризы судьбы, вы и ваша упрямая попутчица добираетесь до пункта назначения быстро и безопасно.

Как бы там ни было, я больше не играю так, как раньше, и, не потому что боюсь проиграть, а просто для меня это великолепный способ выпустить пар и слегка ослабить цепь, которой я навсегда приковал свою жадность. Моя слабость, однако, это игорные автоматы Звездные войны в казино-отеле Палмс, Лас-Вегас. Я знаю, в округе эта игра не самая популярная, но меня она веселит, и, к тому же, техасский холдем (самая популярная разновидность покера – ред.) стал таким ультрамодным, что мне бы не хотелось, чтобы кто-то видел, как я играю в него. Без понтов, но, когда я в последний раз был в Палмсе, я выиграл на этих автоматах три тысячи долларов в течение трех ночей. А поставил всего четыреста. Вот это было весело: моя команда и я наслаждались пригласительным Jack Daniel’s с колой и орали во все горло: на нас обращали внимание посторонние, которым хотелось узнать, по какому поводу такой шум. К концу моего пребывания в отеле, я в основном покрыл половину своих расходов за номер. Веселье весельем, а вот навязчивая идея это катастрофа. Жадность тут не причем. Все, кого я знаю, имеют вредные привычки. Жадность лишь помогает им встать на две ноги. В конечном счете, вам самим придется разобраться в этом.

Итак, полагаю, вопрос сводится к тому, насколько вы можете владеть собой. Люди ищут лучшего и большего сейчас, потому что тогда было хуже и меньше. Жадность произрастает из голода и охотничьего инстинкта, которые присутствуют во всех нас. У нас это в учебниках прописано, хотеть и приобретать, добывать и брать. По мне, это огонь, который априори заставляет нас выходить за рамки нашего мыслимого. Что есть жадность, как не жажда большего? Звучит, как открытие. Как движение вперед. Я даже думаю, как частичка всего, не правда ли? Есть привкус жадности во всем, что мы делали в эпохи средневековья и просвещения, в века суеверий и науки. Жадные умы искали большего, чем мог предложить миф. Хозяева вселенной вкусили чего-то значительного. И хотя беспредельность этого знания дала им возможность почувствовать свою ничтожность, этого было достаточно, чтобы они взалкали большего. Глубина человеческих способностей неизмерима, и жадность превращает наши сердца в ненасытных искателей, когда речь идет о больших делах.

Я всю жизнь был жадиной, но не в том смысле, когда чувствуешь себя пристыженным грешником. Я жаждал знаний, поэтому глотал книги и все, что мог, чтобы получить их. Я жил на полную катушку, потому что жаждал жизни. Я хотел музыки и проводил полжизни, перелопачивая дефицитные альбомы и пленки, затем компакт-диски и MP3, чтобы насладиться ею. Мне хотелось любви, и я увязывался за лучшими красавицами, которых только встречал, и, даже когда мы разбивали друг другу сердца, мы любили изо всех сил. Жадность у меня в крови. Черт возьми, да и в вашей тоже. Те, кто говорят обратное, жаждут повелевать вашими эмоциями. Может, это относится и ко мне, поскольку я пытаюсь вычеркнуть из памяти долгие годы посторонних влияний. Люди скажут, что это высокопарное заявление, и я переоцениваю себя. Ну, конечно, так и есть. Зачем мне писать книгу, если я не хочу переделать чьи-то мозги? Зачем мне это делать, если для меня нет в этом смысла? Скептики - палачи в суде над свободомыслием, а я ваш адвокат. К счастью, у меня есть, что сказать. Не стоит бояться своих сомнений, особенно, если нет уважительных причин для страха.

Сейчас мы все поступаем со своей жизнью так же, как и раньше, испытывая чувство вины перед мертвыми и тоску по неизведанному. Не я, а кто-то другой сказал, что не все дерьмо можно смыть. Может, мы не готовы избавиться от позора этих так называемых грехов. Может, десятилетия, которые мы провели в ограниченном подсознательном пространстве, мешают нам сейчас показать, на что мы способны. Впрочем, моим изъяном всегда была моя сила: я вижу потенциал в других, как и в себе. Я знаю, у этого мира есть все, что требуется, чтобы достичь цели. И я буду терпеливо ждать. Я не буду поторапливать вас с решениями. Я знаю, правильные вещи приходят в нужное время. И у меня есть время. У меня полно времени. Только дайте мне больше, больше, больше. Мне, МНЕ.

У меня есть на это время.


0388485341182253.html
0388515477787828.html

0388485341182253.html
0388515477787828.html
    PR.RU™